И. Ю. Скляров Доктор экономических наук, профе - страница 16

Особо ценные продуктивные сельскохозяйственные угодья - пашни, сенокосы, пастбища имеют приоритет в использовании и подлежат особой охране.

Доля приватизированных сельхозугодий в районе:

- коллективно-долевая собственность граждан (далее - КДС), составляет 170766 га или 85,7%;

- приватизация земель сельхозназначения составляет-77%.

Поскольку, данным видом собственности представлена большая часть земель сельхозназначения нашего района, то остановимся более подробно на вопросах и проблемах, связанных с такими землями.

Их оборот и эффективное использование сильно затруднены в связи с нерешенными проблемами оформления прав на земельные доли.

По данным Андроповского отдела Управления Федеральной регистрационной службы на 12.02.10 г по району площадь земельных участков, права на которые зарегистрированы, составляет 44,4%, площадь земельных участков, переданных по договорам аренды, зарегистрированным в ЕГРП (единый государственный реестр прав) - 22,6%.

При этом на 92% КДС проведено формирование земельных массивов, их межевание, установление границ на местности, 81 % из них поставлено на кадастровый учет.

Остаются два последних шага в узаконивании проведенной работы по выделению земельных долей в земельные участки - это подготовка и регистрация соглашения об определении долей собственников в общей долевой собственности земельного участка и проведение государственной регистрации договора аренды. Тем самым придается правовая, юридическая основа отношениям собственники КДС - арендаторы.

Все хорошо понимают, и есть примеры, что отсутствие договора аренды, соответствующего требованиям законодательства, делает бесправными арендодателей, лишает их защиты, в т.ч. и судебной в возникающих спорных вопросах. По сути, отношение к ним полностью зависит от доброй воли арендатора, выполнение условий аренды лежит на его совести, не гарантировано договором.

По каким причинам не регистрируются соглашения и договоры аренды?

Регистрационная палата называет следующие причины:

- неверно определен размер долей собственников,

- не совпадает количество собственников в соглашении, в протоколе и в публикации,

- не правильно указан адрес земельного участка,

- не указаны правоустанавливающие документы,

- за государственной регистрацией прав общей долевой собственности, договоров аренды не обращались (чаще всего).

С целью урегулирования, согласования действий по проведению регистрации прав в сентябре 2005 года между руководителями сельхозпредприятий, КФХ, регистрационной службой, земельными службами был составлен и согласован план-график проведения государственной регистрации права общей долевой собственности на территории района на период 2005-2006 годов. Из 10 предприятий включенных в него, взятые на себя обязательства выполнили: КФХ «Русь 1», ООО «Лидер».

В продолжение процесса разработан график на 2007-2010 годы. Сроки регистрации в нем завершился в декабре 2010 года.

Отчасти можно согласиться с доводами арендаторов земельных участков, не прошедших регистрацию, и практика показала неэффективность ряда положений Федерального закона «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», что механизм общего собрания собственников земельных долей допускает множество нарушений, не действует процедура досудебного рассмотрения земельных споров, дороговизна оформления прав на землю.

Кто заинтересован в первую очередь в наведении порядка в отношениях: собственники КДС или арендаторы?

Заинтересованными являются обе стороны, но первая ввиду своей неорганизованности, разрозненности, отсутствия знаний своих прав и обязанностей не достаточно контролирует и требует со второй стороны выполнения обязательств.

А вторая сторона, в силу объективных и субъективных причин не доводит начатое дело до логического завершения. Но пострадают в итоге и те и другие и останутся без земли.

По нашему мнению нет достаточного контроля со стороны правоохранительных органов, государственных инспекторов за деятельностью землепользователей.

Разве не является нарушением использование более 70% земель КДС без правоустанавливающих документов - договоров аренды?

Усилия по контролю, которые принимаются различного рода комиссиями районного и местного уровня малоэффективны, т.к. в силу действующего законодательства они не обладают мерами материального и административного воздействия.

Фактическим итогом реформ, связанных с реорганизацией колхозов и совхозов, приватизацией земли, стало выбывание значительных земельных массивов из хозяйственного оборота вследствие того, что собственники земельных долей не использовали сельскохозяйственные угодья в силу разных причин - состояние здоровья, пенсионного возраста, сложности процедур выдела земельных участков, не передавали права на их использование третьим лицам. По некоторым оценкам, уже к 2006 году до 70% собственников земельных долей, в целом по стране, не имели возможности работать на земле. Статистические данные по Анроповскому району подтверждают, что это цифра составляет более 80%.

Только последние 2-3 года наметились тенденции к включению в оборот дополнительных площадей земель сельскохозяйственного назначения.

Из выше сказанного видно, что в Андроповском муниципальном районе, как и в стране в целом, идет реализация земельной реформы. Ее результатом является приватизация 77% земель сельскохозяйственного назначения и образование собственников земель, составляющих около 32% от общего числа населения района.

Динамика доходов от использования земли - аренда, земельный налог, в большинстве случаев положительна, они растут и являются стабильным источником дохода бюджетов муниципальных образований.

Вместе с тем, по состоянию на 01.01. 2010 года не все земли включены в сельскохозяйственный оборот.

Идет неоправданное затягивание оформления невостребованного фонда на территории района Правительством Ставропольского края.

Остаются не решенными вопросы разграничения земельных участков, регистрации прав и приведения в соответствие с действующим законодательством договоров аренды земельных долей.

Более чем на 80% земельных участков, предоставленных пользователям на праве постоянного (бессрочного) пользования, предстоит прекращение указанного права и переоформление прав на аренду или собственность.

Муниципальные образования района лишены возможности распоряжения земельными участками и источниками доходов местных бюджетов из-за отсутствия фонда перераспределения земель района.

Несмотря на то, что за время проведения реформы законодателем принято большое количество нормативно-правовых актов, регламентирующих земельные отношения, их не достаточно, имеются противоречия в действующих законах, многие вопросы остаются не разрешенными совсем.

На наш взгляд, общая собственность на землю не является прогрессивным явлением, так как не способствует организации рационального использования земель и выполнению мероприятий по их охране. Фактически обязанности по рациональной организации территории, проведению землеустройства, освоению систем земледелия, выполнению мероприятий по охране земель осуществляют коммерческие сельскохозяйственные организации.

В законодательстве отсутствует специальная разрешительная процедура, предполагающая обоснование потенциальным арендатором или покупателем необходимости аренды или покупки земли, а так же предоставление свидетельства о его профессиональной подготовке.

Углубление реформы вызывает необходимость постоянного совершенствования правового механизма использования земель, оно должно быть направлено не только на смену земельной собственности, но и на создание условий для эффективного землепользования, гарантирующих защиту законных прав, реализацию этих прав с одновременным повышением ответственности за нарушение земельного законодательства.


Список использованной литературы:

Попов Н.А. Экономика сельского хозяйства: Учебник. – М.: Издательство «Дело и сервис», 2007 г. – 368 с.

Кустов В.Н. Профессионализм, прагматизм, порядочность / Сельское Ставрополье. – 2008. - № 5/14. – с. 11-13

Браилко Т.В. Анализ использования земель в Андроповском районе за 2009г. / Сборник «Итоги производственно-финансовой деятельности Андроповского муниципального района за 2009 год». – 2010 г.


^ ЛИБЕРАЛИЗАЦИЯ ВНЕШНЕТОРГОВОЙ ПОЛИТИКИ РОССИИ И ЕЕ ВЛИЯНИЕ НА АГРОПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС


Ерохин В.Л., к.э.н., доцент кафедра

«Мировая экономика»

Ставропольский государственный аграрный университет


Либерализация внешнеторговой политики развитых государств является одной из основных тенденций развития современного мирового рынка. В настоящее время данные процессы протекают в рамках унифицированных правил Всемирной Торговой Организации, регулирующих торговлю различными видами продукции. Одной из наиболее проблемных сфер в течение долгого периода времени является либерализация торговли сельскохозяйственной продукции, особенно для государств, ведущих переговоры по вступлению в ВТО.

Правила международной торговли сельскохозяйственной продукцией зафиксированы в Соглашении по сельскому хозяйству, которое определяет такие направления либерализации аграрных рынков, как:

обеспечение доступа на национальные рынки импортной агропродовольственной продукции;

снижение уровня государственной поддержки, которая искажает условия рыночной конкуренции;

постепенное снижение и полная отмена субсидирования экспорта сельскохозяйственной продукции;

регулирование санитарных, фитосанитарных, ветеринарных условий торговли.

Основные вопросы, обсуждаемые в процессе переговоров по сельскохозяйственной проблематике при вступлении России в ВТО сосредотачиваются на поддержке сельского хозяйства, обеспечении доступа на рынок, а также на субсидировании экспорта.

Большинство стран в той или иной форме оказывает поддержку национальному АПК. В соответствии с классификацией Соглашения по сельскому хозяйству, меры поддержки делятся на три «корзины».

В «зеленую корзину» попадают финансовые расходы государства на программы, которые не оказывают прямого воздействия на увеличение производства или условия торговли (затраты на страхование урожаев, развитие консалтинга и информационного обеспечения в сельской местности, модернизацию сельской инфраструктуры, научные исследования, инвестиционное субсидирование, ветеринарные услуги, выставочное дело).

К «голубой корзине» отнесены выплаты, направленные на ограничение размеров используемых сельскохозяйственных угодий и поголовья скота, а также компенсации при добровольном сокращении фермерами объемов производства. В России в настоящее время подобные меры не применяются.

В «желтую корзину» включаются меры поддержки, которые стимулируют производство и искажают условия внешней торговли. К ним относят все затраты государства, не включенные в зеленую и голубую корзины.

В ходе переговорного процесса государство-претендент выбирает один из возможных вариантов обязательств по сокращению совокупной меры поддержки (СМП). Соглашение по сельскому хозяйству рекомендует, например, так или иначе сократить внутреннюю поддержку по сравнению с исходным уровнем в течение шести лет после присоединения к ВТО. Другой вариант - сократить поддержку до пятипроцентного уровня от стоимости валовой продукции сельского хозяйства.

К сожалению, правила ВТО не учитывают существенных различий между природно-экономическими условиями сельскохозяйственного производства в разных странах. Не учитывается также специфика последнего десятилетия для переходных экономик. Между тем в России объем сельскохозяйственного производства сократился за это время почти в два раза, а суммарные размеры внутренней поддержки аграрного сектора уменьшились в 10 раз. В расчете на один гектар пашни государственная поддержка снизилась в 2008 году до 35 долларов. В США она составляет 340 долларов на гектар, а в ЕС - 1053 долларов на гектар. В обязательствах США связанная (разрешенная) СМП составляет 19 миллиардов долларов, а фактически в последние годы достигает лишь 15 миллиардов. Иначе говоря, США располагают резервом увеличения - четыре миллиарда долларов. Еще больше запас прочности у Канады: имея разрешенный уровень поддержки 4,7 миллиарда долларов, она расходует на поддержку своего сельского хозяйства всего 0,8 миллиарда.

В Соглашении по сельскому хозяйству говорится, что базовые таможенные тарифы устанавливаются на уровне среднего показателя за три года, предшествующие началу переговоров (для России это 1992–1994 годы). Зафиксировав эти тарифы, развитые страны обязываются снизить их на 36% в течение шести лет, а развивающиеся - на 24% в течение десяти лет. В результате определяются так называемые связанные импортные тарифы, которые государство - член ВТО не должно превышать при импорте агропродовольственной продукции.

Россия в результате почти двукратного снижения собственного сельскохозяйственного производства была вынуждена в 1990-е годы открыть свой рынок для импорта продовольствия. Фактически в ней сложился один из самых либеральных торговых режимов. Средневзвешенный таможенный тариф для сельскохозяйственной и продовольственной продукции составил 12–14%.

В соответствии с обязательствами при вступлении в ВТО необходимо будет снизить этот уровень на треть, в таком случае связанный тариф составит менее 10%. Это равносильно полному открытию национального рынка для экспорта продукции крупнейших международных фирм и отдельных государств. Следует учесть, что многие страны-экспортеры сохраняют экспортное субсидирование и значительные уровни внутренней поддержки сельского хозяйства. Благодаря этому импортная продукция в условиях низких таможенных пошлин будет обладать бесспорными конкурентными преимуществами по сравнению с продукцией отечественного производства. Тарифная защита аграрного рынка ЕС составляет сейчас 19,5%.

России следует отстаивать право иметь связанные импортные тарифы на уровне, которые приняты в ЕС. Еще более рационально было бы воспользоваться прецедентом, возникшим в связи с приемом в ВТО государств Центральной и Восточной Европы. К примеру, Польша получила право на тариф по сельскому хозяйству на уровне 52%, Венгрия - 22%, Румыния - 98%. Это позволяет России добиваться права на 30% тариф с последующим его снижением до 20%.

Низкий уровень таможенной защиты - это также снижение бюджетных доходов от импортных пошлин. Определенным инструментом может служить тарифное квотирование: при нем продукция, ввозимая в пределах квоты, облагается сравнительно низкой, а сверх квоты - в несколько раз более высокой импортной пошлиной. Тарифное квотирование - один из наиболее сложных пунктов в переговорах по сельскохозяйственной проблематике о присоединении к ВТО. Российская сторона настаивает на сохранении этого права по наиболее «чувствительным» видам продукции, которые нуждаются в протекционистской защите для оживления собственного производства. ВТО ориентирует своих членов на полный отказ от тарифного квотирования в течение имплементационного периода. Тем не менее, 37 государств-членов ВТО применяют эти методы защиты своего рынка по 1400 продуктовым категориям. Больше всего квотируется ввоз фруктов и овощей, мяса и мясной продукции, молочной продукции, зерна. ЕС применяет тарифное квотирование по 87, США - по 54 категориям продукции. Переговорной группе с российской стороны следует добиваться права на тарифное квотирование по 50–60 категориям продукции, включая все виды мяса и мясной продукции, растительное масло, некоторые виды овощей и фруктов, сахар.

России нужно предъявить более веские аргументы, обосновывающие ее право применять так называемые специальные охранные меры (СОМ), служащие для тарифной или административной защиты внутреннего рынка от агрессивного экспорта со стороны торговых партнеров. Свое право использовать такие меры зафиксировали 38 членов ВТО применительно к шести тысячам видов сельскохозяйственной продукции. Однако на практике они применяются не так широко. Хотя в рамках нового раунда переговоров о присоединении к ВТО добиваться этого права будет сложнее, Россия должна защищать свои национальные интересы.

Основное требование ВТО к ее членам - отказ от субсидирования экспорта, поскольку оно нарушает правила торговли и справедливой конкуренции на мировом агропродовольственном рынке. К экспортным субсидиям относят прямые выплаты экспортерам по показателям объема экспортируемой продукции; компенсацию части затрат на рекламу, на транспортировку продукции; субсидии производству, ориентированному на экспорт продукции, и другие меры. Страны-члены ВТО берут обязательства в течение определенного срока отказаться от экспортного субсидирования. Однако 25 стран-членов ВТО пока используют этот метод, оговорив перечень продуктов и предельные сроки применения субсидий. Россия заявила о своем стремлении добиться на переходный период права на частичную компенсацию транспортных расходов экспортеров российского зерна в связи со значительными расстояниями до границы страны.

Резюмируя вышесказанное, отметим три основные проблемы для национального агропромышленного комплекса при вступлении России в ВТО и соответствующей либерализации внешнеторговой политики:

1. Снижение конкурентоспособности АПК России на внутреннем и внешних рынках (в первые годы после присоединения к ВТО). Вступление в ВТО накладывает на новых членов гораздо более жесткие обязательства по либерализации торговли, чем те, которые взяли на себя старые члены этой организации. Правила ВТО не предусматривают особых режимов для государств с переходной экономикой, которые только выходят из тяжелого кризиса. Наконец, одновременное снижение государственной поддержки, открытие рынков и отказ от экспортных субсидий имеет отрицательные последствия и для производителей, и для бюджета, и для продовольственной безопасности страны.

2. Интеграция аграрных рынков государств-участников СНГ и формирование общего аграрного рынка. Правила ВТО не препятствуют созданию региональных торговых соглашений и союзов. К сожалению, процесс интеграции в СНГ идет довольно тяжело. Создание в рамках СНГ Единого экономического пространства России, Беларуси и Казахстана позволит реализовать принципы согласованной аграрной политики.

3. Научное обеспечение процессов присоединения и последующего членства России в ВТО. В ходе переговоров о вступлении в ВТО надо сосредоточить усилия на таких направлениях, как исследование последствий либерализации агропродовольственного рынка РФ и возможностей снижения рисков для аграрного сектора; комплексный анализ мер поддержки и условий доступа импортной продукции на рынки РФ.


Список использованной литературы:

Ивантер В.В., Узяков М.Н. и др. Долгосрочный прогноз развития экономики России на 2007-2030 гг. (по вариантам) // Проблемы прогнозирования. – 2007. – № 6.

Ушачев И.Г. Перспективы развития агропромышленного комплекса России // АПК: экономика и управление. – 2007. – № 11.


^ СОВОКУПНОСТЬ ФАКТОРОВ КЛАСТЕРИЗАЦИИ ПРЕДПРИЯТИЙ

ПЕРЕРАБАТЫВАЮЩЕЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ


Караева Ф.Е., к.э.н., доцент, кафедра

«Экономический анализ и аудит»

Кабардино-Балкарская государственная

сельскохозяйственная академия им. В.М. Кокова


Стратегия управления предприятием и его политика, основанная на кластерном подходе, все в большей степени способствует росту инновационного импульса и повышению конкурентоспособности национальных хозяйствующих субъектов. Одним из основных специализированных продуктовых комплексов КБР является плодоовощеконсервный, который располагает благоприятными природно-экономическими предпосылками и масштабными земельными ресурсами. В улучшении снабжения населения овощами, фруктами и продуктами их переработки важное место принадлежит развитию плодоовощеконсервному производству. Основой его формирования является производственный цикл, развивающийся на базе выращивания и переработки овощей и плодов.

В качестве содержательных причин кластеризации предприятий переработки регионов можно выделить:

- необходимость перехода предприятий региональной промышленности к инновацион­ной деятельности. Однако успешный возобновляемый инновационный процесс возможен только в соответствующем в инновационном окружении, когда для успешного вывода на рынок инновационного продукта необходима специализация и согласованная работа множества региональных организаций: промышленных предприятий, поставщиков комплектующих, финансовых организаций, государственных регулирующих органов и др.;

- выраженная коммерческая направленность инновационной деятельности промышленных предприятий. Кластеризация позволяет снизить неопределенность рыночной среды, что, в свою очередь, позволяет региональному промышленному предприятию пойти на риск осуществления инновационной деятельности;

- выраженный и осознаваемый недостаток у региональных промышленных предприятий собственных возможностей вследствие территориальной ограниченности имеемых ресурсов (трудовых, экономико-географических, организационно-технологических, научно-производственных, финансовых и др.) для организации эффективного производственного процесса на основе инновационного развития;

-отсутствие выраженного доминирования любого отдельного регионального промышленного предприятия при наличии конкуренции среди них [3].

Можно выделить две большие группы факторов, определяющих развитие конкретных отраслей промышленности на заданной территории посредством их кластеризации:

1) first nature – описанные в неоклассических теориях торговли сравнительные преимущества территорий, основывающиеся на объективных различиях между территориями в условиях ведения бизнеса. Причинами таких различий могут быть и природно-климатические условия, и различия в запасах ресурсов и факторов производства, и использование разных технологий, и культурные различия, определяющие структуру предпочтений, и многое другое;

2) second nature – положительные внешние эффекты, возникающие при взаимодействии хозяйствующих субъектов друг с другом, и стимулирующие их к сближению с пространстве вопреки эффекту роста конкуренции. Здесь значительную роль играют межотраслевые технологические связи. Развитие технологически связанных промышленных производств наиболее интенсивно происходит в географической близости друг от друга (особенно в рамках одной территории). Сближение в пространстве производителей, находящихся на разных стадиях технологической цепочки создания промышленной продукции, способствует снижению издержек на осуществление взаимодействия между ними, повышая эффективность их совместной деятельности [2.,15-17].

Еще одной особенностью факторов данной группы является то, что расстояние между производителями одной отрасли оказывает сильное влияние на качество и интенсивность информационного обмена. Это становится особенно важным в наукоемких отраслях, где способность к генерации новых идей становится определяющим фактором развития как отдельных фирм, так отрасли в целом. Исходя из этого, в наукоемких отраслях тенденция к росту пространственной концентрации производства выражена значительно более сильно. Соответственно, такая концентрация должна происходить в регионах, характеризующихся наибольшим научно-исследовательским потенциалом.

Исходя из вышесказанного, региональные аспекты промышленной кластеризации отражаются в следующих ее факторах:

- значимости региональной промышленности для экономики региона;

- положительной динамики развития региональной промышленности (оценивается как по значению критериев кластерного отбора, так и по параметрам, прежде всего: численность занятых, уровень заработной платы, инвестиций в основной капитал, рентабельность всех активов);

- относительно высокой доли малого и среднего бизнеса в региональной промышленности;

- обеспеченности профессионально подготовленными кадрами;

- концентрация в регионе интеллектуальной собственности (нематериальных активов) и носителей инноваций;

- наличие устойчивых связей научных и образовательных организаций с промышленными предприятиями региона;

- соответствия перечню приоритетных направлений развития инновационного предпринимательства в регионе.

Проявление положительного действия совокупности факторов кластеризации порождает
5001051222878993.html
5001137378862268.html
5001341939492759.html
5001579414457708.html
5001699044585779.html